Мама

 Была еще одна острая проблема – мамина пенсия, которую с 1 июля перестали платить. А на носу уже октябрь 2014. Пенсию можно было перевести в город на украинской территории, для этого заказать в Ощадбанке пенсионную карточку, потом прийти в отделение пенсионного фонда, написать заявление, приложить к нему кучу всяких ксерокопий и ждать начислений – обещали выплатить весь долг и платить на карту ежемесячно, что положено. Все замечательно, вот только пенсионер должен получить и пластиковую карточку, и сдать документы ЛИЧНО.

Мама живет в Воронежской области в маленьком городке у моей родной сестры, своей старшей дочери. Хорошо, всю подготовительную работу взяла на себя Даша, моя дочь, живущая в Харькове. Маме 77 лет, десять лет назад перенесла инсульт, не слышит на одно ухо. Ну и плюс весь прилагающийся к возрасту букет – давление, сердечная недостаточность, больные суставы и т.д. Решаемся ехать в Харьков, чтобы управиться за день – утром приехать, порешать дела с пенсией и заодно сдать документы на изготовление загранпаспортов – мне и дочери, ибо прошла официальная информация, что гражданам Украины с 1 января 2015 въезд в РФ по внутреннему паспорту будет недоступен.

Я не знаю, откуда у мамы взялись силы на эту поездку… Приехали рано утром, часов в семь. С ее пенсионными нюансами мы закончили часа в три, посадили ее на вокзале в зале ожидания с повышенной комфортностью и понеслись в турфирму заказывать паспорта. 

Причем в этот же день нужно было сфотографироваться в ОВИРЕ, а там тоже очередь и немалая… Фотография в загранпаспорте в полной мере отразила мое душевное состояние в тот день. Как, впрочем, и физическое… Из Харькова мы уезжали в девять вечера. Дочка стояла на перроне, пока поезд не отправился, все махала рукой… 

Теперь оставалось ждать звонка из турфирмы о готовности паспортов, примерно полтора месяца. А потом – еще одна поездка, чтобы их получить.

P.S. Пенсию маме платили по январь 2015 года. Потом всех донецких пенсионеров записали в пособники сепаратистов, которые практикуют «пенсионный туризм» и на полученные деньги «спонсируют армию ДНР». Поэтому нужно было жить в городе, куда переведена пенсия, чтобы украинская миграционная служба могла проверить личность пенсионера и пребывание по месту указанного проживания в любой удобный для нее момент. Разумеется, вариант не наш. С той поры – ни копейки…

О материальном. Или духовном?

Первая эйфория закончилась. Деньги потихоньку таяли. Я жила с мамой у сестры, дочка осталась в Белгороде, потом переехала в общежитие университета в Харьков.

В свободное время писала статьи на бирже текстов - для продажи, постоянные заказчики не забывали. Это был хоть и скромный, но все же какой-то заработок.

Самым большим откровением была для меня акция на «Жемчужинах мысли», где многие знали мою историю - я не скрывала, кто я и откуда. Для меня организовали сбор средств. Это было так трогательно и неожиданно, открыв для меня совершенно неизвестную сторону жизни, где люди помогают друг другу по зову души. То есть, для меня всегда было естественным помочь, если кто-то из моих друзей и знакомых в этом нуждался – если умирали родственники, если случалась болезнь или какая-то беда. Могла - помогала деньгами. Не могла – руками. Но я никогда до этого не попадала в ситуацию, когда помощь была бы нужна мне самой. Я справлялась. Я знала, что справлюсь и теперь.

Я никогда не забуду этого. И дело вовсе не в количестве перечисленных на мой кошелек денег, а в том, что я вынесла для себя из этой ситуации: помогают, в первую очередь, неравнодушные. Спасибо им всем!

Учеба дочери

Я хочу немного отступить от темы эмиграции. Просто недавно пересмотрела видео с выпускного вечера дочери, который состоялся в последнее лето перед войной – в 2013 году. Какие наши дети были красивые, счастливые, полные амбициозных планов на будущее! Впереди - внешнее независимое оценивание (украинский аналог ЕГЭ), поступление в вуз. Наверное, такой счастливой, как в тот день, я была только в день появления моей девочки на свет... 

 Мы уехали из города, с которым связывалось столько планов и надежд. Дочь проучилась всего лишь неполный год в Донецком Национальном техническом университете, которому отдала предпочтение из трех вузов.

В каждый из которых она прошла по конкурсу без малейших затруднений. Полгода проходила на лекции вольным слушателем в Харьковском университете. Слава Богу, ее поселили в общежитие, ибо съем квартиры в Харькове я бы тогда просто не потянула – сама еще не работала. Затем министерство образования Украины все-таки решило закрепить статус таких детей и дать им возможность продолжить образование, и, что особенно было важно для нас, - бюджетникам на бюджете. 

Зимнюю сессию моя студентка сдала на тройки – так тяжело было привыкать к новой среде и методам преподавания, но главное не это – до слез, отчаянно хотелось домой, в свой универ, в свои лаборатории, в свой Город, в свое утро, начинавшееся маминым: «Нюся, вставай, тебе сегодня на первую пару!» 

 Прошло почти два года, закончен третий курс, впереди диплом и поступление в магистратуру. Даша влилась в новую жизнь, участвует в разных проектах и акциях, занимается волонтерством, нашла подработку, чтобы кроме стипендии и маминых переводов иметь какие-то деньги для маленьких студенческих радостей… Но всякий раз, сажая ее на харьковский поезд из Москвы (она ко мне время от времени приезжает), я вижу слезы в ее глазах, когда целую ее на прощание…